Уходящее в беспредельную даль море

Морской берег у Мадраса ровен и отлог. С просторной приморской улицы видна как на ладони светлая песчаная полоса, а за нею – действительно синее море, уходящее в беспредельную даль и сливающееся там с небом. Когда разгулявшийся ветер пригонит к берегу бесчисленные отары белоспинных волн, эта полоса уменьшается, словно сжимается, и подпускает море почти к городской мостовой. Но уляжется ветер, и море снова отступает от города, и песчаная полоса, будто раздвинувшись, вытягивается между городом и морем.

Тогда, отчетливо темнея на песчаном фоне, здесь появляются тысячи мадрасских рыбаков. Не спеша, но и не мешкая, они сталкивают на воду легкие бревна – два длинных, затесанных по концам снизу, два покороче, также затесанных снизу и сверху, – и быстро связывают их веревкой. В течение нескольких минут на воде появляется плот, весьма похожий на мощное дно большой лодки и называемый местными жителями «катамаран». Прихватив шест, кусок мешковины для паруса, сеть, горшочек с питьевой водой и немного пищи, рыбаки отчаливают от берега. Если бриз дует с земли, они ставят свои примитивные «паруса» и сравнительно быстро уходят в море. Если ветра нет, они, загребая шестом или куском доски, медленно удаляются от берега. Их обнаженные бронзовые тела кажутся сидящими прямо в воде. Удаляясь, они уменьшаются, превращаются в маленькие фигурки, потом в черные точки и, наконец, совсем исчезают.

На берегу остаются их жены, дети, старики. Они провожают рыбаков своими взглядами до горизонта. Потом, занимаясь очисткой или вялением рыбы, они все время посматривают в море. Они ждут и будут ждать, не покидая песчаную полосу, возвращения своих близких. Иногда рыбаки возвращаются с уловом через несколько часов, часто через ночь или сутки, порою – через несколько суток. Бывает, что и не возвращаются совсем.

В тот утренний час, когда мы пришли сюда, многие рыбаки, уходившие в море накануне вечером, уже вернулись. Одни торопливо «разбирали» свои катамараны и вытаскивали бревна на берег, другие расстилали по горячему песку сети, третьи, нагрузив корзины из пальмовых листьев рыбой, уходили на расположенный неподалеку базар, чтобы поскорее продать улов. Хранить или обрабатывать рыбу им негде, поэтому рыбаки стараются немедленно сбыть ее. У тростниковых шалашей, – маленьких шалашей, какие мы обычно ставим для сторожей на огородах, – поднимались сизые дымы: хозяйки готовили для вернувшихся рыбаков пищу. Рядом возились и лопотали что-то голенькие, загоревшие до черноты детишки.