Эпидемия чумы

В тот год разразилась страшная эпидемия чумы, опустошившая страну, как пожар в прериях. В три дня болезнь унесла Шанкара и его жену.

Но на самом деле Шанкар Талвар, измученный и разочарованный человек, погиб задолго до того, как чума пришла за ним. Он оставил сыновьям всего-навсего пятьдесят акров земли, Малый дом и большую кипу судебных бумаг.

Тяжба тут же затормозилась. Адвокаты перестали ездить к ним в дом, они почтили Хари сочувственными письмами и выжидающе замолчали. Потом были присланы «итоговые счета». Когда они остались неоплаченными, последовали письма, угрожавшие новой тяжбой, на этот раз с самими адвокатами. И наконец, пошли телеграммы, начинавшиеся со слов: «Если вы не...»

Аджи продала свои драгоценности, оставив только браслеты, которые она никогда не снимала с рук с тех самых пор, как их подарил ей Дада. Долги покойников должны быть оплачены. Они были оплачены.

Хари был твердо убежден в том, что их отец не запутался бы в жизни, получи он такое же образование, которое владельцы Большого дома дали Вишнудатту. Самому Хари пришлось бросить школу, когда ему исполнилось пятнадцать лет. Расстроенные финансы отца не позволяли больше учить старшего сына. Гьяну повезло, он мог продолжать учение. Известие о смерти отца застало его в Сонаварди, в средней школе. Хари позаботился о том, чтобы ничто не помешало брату учиться. Тогда-то он и принял свое решение: чего бы это ни стоило, Гьян получит самое лучшее образование, доступное индийцу.

Плата была высока, но Хари не колебался. Он стал теперь карта – главой семьи, и он был не из тех, кто бежит от ответственности. Он снова отправил Гьяна в школу и попытался привести в порядок их заброшенные владения. Через два года Гьян получил аттестат. К тому времени сохранившийся участок земли приносил не меньше дохода, чем при жизни дедушки Дада. Тогда Хари вспомнил о Пиплоде. Он выбрал время для поездки в Сонаварди.

Старики адвокаты, имевшие дело с его отцом, приняли Хари радостно, подобострастно. Они рассчитывали на барыши и гарантировали успех. Но Хари пренебрег ими. Целую неделю ходил он в суд, внимательно слушал разбирательство разных дел и, словно выбирая скотину на ярмарке, присматривался к практикующим адвокатам – к их внешности, манерам, усердию. Он хотел сам принять решение. Лишь в последний день Хари подошел к темноволосому человеку с холодными, непроницаемыми глазами, выходцу из Южной Индии, который убеждал судей негромким, доверительным голосом. Адвоката звали Раммуни Шарма, но Хари даже не позаботился узнать об этом.

Шарма не пришел в восторг от его предложения. Он попросил Хари оставить бумаги и зайти дня через три.

– Кто платил годовую пошлину за спорную землю? – спросил он при следующем свидании.

– Мой дед, – ответил Хари.

– Вы в этом уверены?

– Каждый год в ноябре, пока дед был жив, он вносил деньги в контору в Талуке.

– Я берусь за это дело, – сказал Шарма. – У вас неплохие шансы.

Они договорились насчет гонорара, и тяжба возобновилась. На этот раз обошлось без прежней путаницы и паники. Шарма объяснил Хари, что решающим доказательством может быть только запись в регистрационной книге.

– Если правительственную пошлину платил ваш дед, значит, земля принадлежала ему.

– Он, он платил, а не те... из Большого дома, – заверил его Хари.

– Тогда нам нечего бояться.

montale powder flowers отзывы о прекрасном аромате