За наше движение!

Его собеседник расхохотался. Высокомерно и нагло.

– К этому нам и следует готовиться – к гражданской войне. Нужно смотреть вперед, хоть на год, на два. К этому времени англичане покинут страну, оставив нас на произвол индусов. Что ж теперь – сидеть сложа руки и ждать оскорблений, которые они нам приготовят? На каждый удар мы обязаны ответить десятью. Во имя этого мы будем теперь работать, чтобы убедиться в том, что наш настоящий враг – индусы!

– Мне это не очень по вкусу, – кислым тоном возразил Шафи. – Я не могу согласиться с тем, что мы, всегда выступавшие за единство нации, теперь должны готовить гражданскую войну. Единственный выход мы видели в том, чтобы держаться вместе в борьбе против англичан. В сущности, если бы теории Ганди не были, на мой взгляд, такими противоречивыми – вся эта чушь насчет ненасилия, – я бы присоединился к нему, а не к нашей Лиге.

– Это и привело нас к теперешнему положению, – сказал Хафиз, снова вставая. – Правители, у которых индусы были в услужении, сегодня сами стали рабами. Индусы берут верх. Они подготовили нам западню. Как только англичане вынуждены будут уйти из-за нашего идиотского единства, индусы сразу же захватят власть. О, они умнее нас и собираются ловко нас перехитрить. Вспомни слова Ганди: «В глубине ночи сохраняется свет, в глубине смерти сохраняется жизнь». Скажешь, абсурд? Нет, отнюдь нет. Это типичная уклончивость индуизма, полная бессмыслица словесных формул. Свет во тьме, жизнь в смерти, почему же не насилие в ненасилии? Об этом я и говорю. В глубине гандистского ненасилия таится насилие. Ни с чем не сравнимое насилие. Вот что ждет эту страну – насилие, которое совершат те, кто клянется ненасилием. Индусы готовятся к этому – убивать, давить нас.

Где-то далеко свистнул паровоз. Шафи поднялся и разлил по рюмкам остаток виски. Некоторое время они пережидали, уставясь друг на друга, как усталые борцы на арене, не очень стремящиеся продолжать схватку.

– За наше движение, – провозгласил Хафиз, поднимая рюмку, – за то, чтобы мы выжили и победили!

Они выпили молча, не убежденные в том, что им удалось прийти к какому-то решению. Хафиз со стуком поставил рюмку и сказал:

– Я оставляю тебе все материалы. Буду рад, если ты внимательно прочитаешь их на досуге. Они откроют тебе глаза; вспомни, что во время бунтов, во время мохаррама были убиты семь человек, а от ран, нанесенных полицейскими, умерло восемнадцать – все мусульмане! Полиция убила больше людей, чем бунтовщики. Говорит это тебе о чем-нибудь?

– Что это значит?

– Они убивали нарочно. Выбирали мусульман и убивали нарочно!

Заказать дизайн проект интерьера ежедневно.