Малини

Они вернулись в Бомбей в конце августа, когда еще бушевали дожди. По дороге, в машине, к ней вернулось хорошее настроение, и они вместе обсуждали устройство их будущего дома. Гопал очень обрадовался, когда она сказала:

– Дорогой, давай не будем слишком часто выезжать первое время.

– Притворимся, что еще не возвратились, – ответил он со смехом.

– Нет, серьезно, прошу тебя. Я не очень-то хорошо вела себя в Махабалешваре и теперь хочу исправиться.

Он ласково погладил ее руку.

– О, мы вовсе не обязаны ходить куда-то, если сами не захотим. К счастью, мы поселимся достаточно далеко от города, чтобы нас никто не тревожил.

Но их потревожили в первый же вечер. Когда зазвонил телефон, они как раз сели пить чай, после чего Сундари собиралась зайти в свою комнату, чтобы посмотреть, как распаковывают вещи.

– Да, мы только что приехали, еще не распаковались, – услышала она голос Гопала. Он прикрыл трубку рукой и сказал Сундари: – Это Малини,– а потом продолжал уже в трубку: – Ах, вот что? Да нет... Сейчас дождь перестал. Но тучи темные и большие. И ветер холодный. Что? Нет, я вовсе не пытаюсь вас отговорить. Странная мысль! Конечно, будем рады... Прошу... Разумеется...

Он повернулся к жене с виноватой улыбкой.

– Звонила Малини, да-да, та самая, что была на свадьбе. Она со своим князем хочет приехать сюда поплавать.

– О! – Сундари нахмурилась. – Сейчас?

– Я, вообще говоря, совершенно не выношу князя. Я думал, он давно бросил ее, но, – он пожал плечами, – я не мог ее не принять. Мы... мы слишком хорошо знакомы.

– Ну, конечно, не мог.

Сундари еще не кончила разбирать вещи, когда появилась Малини – слишком быстро, чтобы можно было предположить, что она ехала из города.

– Дорогой! – услышала Сундари ее щебетание. – Я так рада снова видеть тебя в цивилизованном мире. Выглядишь ты превосходно, хотя тебе полагалось бы утомиться.

Сундари, сидевшая на корточках перед раскрытыми чемоданами, вздрогнула при слове «дорогой» и вспыхнула, когда до нее дошел смысл последней реплики. Она знала, что слово «дорогой» в устах актрисы вовсе не свидетельствует об интимной близости, но ее покоробил фамильярный и даже какой-то собственнический тон Малини.

Она поспешно поправила прическу и вошла в гостиную. Малини поразила ее подведенными глазами и яркими румянами на щеках. В жемчужно-розовом сари и черной чоли она выглядела шикарной и праздничной.

– Умоляю, уберите псину, – воскликнула Малини, с отвращением передернув плечами. – Не выношу собак, особенно таких вот, как немецкие сосиски.

Сундари увела Спиндл в спальню и посадила на кровать. Вернувшись, она предложила Малини чаю.

– Спасибо, не надо, милочка, – отказалась Малини. – Гопал подтвердит вам, я не употребляю это пойло. Я уже попросила Балдева принести мне виски. Он знает, какое я люблю.

Доска объявлений. Стекло, фарфор - пластиковые окна цены. Окна нового поколения.